"Брексит" в законе
- 8 лет назад
Все началось 24 июня 2016 года. Вопреки всем прогнозам, большинство британцев высказались за “брексит”, ошеломив другую половину страны. Старая “страшилка” о Великобритании вне Евросоюза стала реальностью.
Или почти. Начался процесс долгих и мучительных переговоров между Терезой Мэй, которая будет вести страну к выходу из ЕС, и ее европейскими коллегами. Возможность “развода” предусмотрена 50 статьей принятого в 2007 году Лиссабонского договора. Она, в частности, гласит, что “договор прекращает действовать в отношении заинтересованного государства с даты вступления в силу соглашения о его отмене или, если это невозможно, через 2 года после подачи им уведомления в Европейский совет”.
Британский премьер-министр сразу объявила, что собирается запустить предусмотренную этой статьей процедуру, и рассчитывала, что для этого будет достаточно ее политических намерений, которые она подтвердила в середине января:
“Я не хотела бы, чтобы мы оказались в некоем безграниченом переходном состоянии и застряли в каком-то перманентном политическом чистилище. Это не было бы хорошо для Великобритании. И я не считаю, что это было бы хорошо для ЕС. Вместо этого я хочу, чтобы мы достигли соглашения о будущем партнерстве к моменту завершения процесса реализации статьи 50”.
Даже несмотря на решение Верховного суда, постановившего, что вопрос о процедуре выхода должен пройти через парламент, это не окажет значительного влияния на график процесса. Суд счел, что шаг, разрешающий правительству выйти из Евросоюза без принятия соответствующего закона, был бы неконституционным.
Однако предстоящее голосование станет, скорее, формальностью, хоть Мэй и не располагает внушительным большинством в Палате общин. Проект однозначно поддерживает и оппозиция.
“Мы поддержим запуск статьи 50, и в этом наша позиция однозначна, – заявил лидер лейбористов Джереми Корбин. – Есть результаты референдума, и мы должны их уважать”.
Это решение стало ударом по позициям региональных парламентов, в частности, Шотландии и Северной Ирландии, которые рассчитывали, что с ними хотя бы проконсультируются по этому вопросу. Но Верховный суд счел такие консультации необязательными, что вызывает опасения ряда аналитиков:
“То, что Верховный суд разрешил не руководствоваться соглашением Сьюэла, фактически означает, что они не обязаны консультироваться с парламентами Северной Ирландии, Уэльса и Шотландии. И это, конечно, может на самом деле вызвать некоторую напряженность, особенно в Шотландии. Это решение может потенциально привести ко второму референдуму о независимости Шотландии”.
Летом 62% шотландцев высказались против “брексита”. А двумя годами ранее на референдуме о независимости от Великобритании против отделения проголосовали 55% жителей региона. Но тогда вопрос о выходе из ЕС еще не стоял.
Или почти. Начался процесс долгих и мучительных переговоров между Терезой Мэй, которая будет вести страну к выходу из ЕС, и ее европейскими коллегами. Возможность “развода” предусмотрена 50 статьей принятого в 2007 году Лиссабонского договора. Она, в частности, гласит, что “договор прекращает действовать в отношении заинтересованного государства с даты вступления в силу соглашения о его отмене или, если это невозможно, через 2 года после подачи им уведомления в Европейский совет”.
Британский премьер-министр сразу объявила, что собирается запустить предусмотренную этой статьей процедуру, и рассчитывала, что для этого будет достаточно ее политических намерений, которые она подтвердила в середине января:
“Я не хотела бы, чтобы мы оказались в некоем безграниченом переходном состоянии и застряли в каком-то перманентном политическом чистилище. Это не было бы хорошо для Великобритании. И я не считаю, что это было бы хорошо для ЕС. Вместо этого я хочу, чтобы мы достигли соглашения о будущем партнерстве к моменту завершения процесса реализации статьи 50”.
Даже несмотря на решение Верховного суда, постановившего, что вопрос о процедуре выхода должен пройти через парламент, это не окажет значительного влияния на график процесса. Суд счел, что шаг, разрешающий правительству выйти из Евросоюза без принятия соответствующего закона, был бы неконституционным.
Однако предстоящее голосование станет, скорее, формальностью, хоть Мэй и не располагает внушительным большинством в Палате общин. Проект однозначно поддерживает и оппозиция.
“Мы поддержим запуск статьи 50, и в этом наша позиция однозначна, – заявил лидер лейбористов Джереми Корбин. – Есть результаты референдума, и мы должны их уважать”.
Это решение стало ударом по позициям региональных парламентов, в частности, Шотландии и Северной Ирландии, которые рассчитывали, что с ними хотя бы проконсультируются по этому вопросу. Но Верховный суд счел такие консультации необязательными, что вызывает опасения ряда аналитиков:
“То, что Верховный суд разрешил не руководствоваться соглашением Сьюэла, фактически означает, что они не обязаны консультироваться с парламентами Северной Ирландии, Уэльса и Шотландии. И это, конечно, может на самом деле вызвать некоторую напряженность, особенно в Шотландии. Это решение может потенциально привести ко второму референдуму о независимости Шотландии”.
Летом 62% шотландцев высказались против “брексита”. А двумя годами ранее на референдуме о независимости от Великобритании против отделения проголосовали 55% жителей региона. Но тогда вопрос о выходе из ЕС еще не стоял.